I. Введение
1. К вопросу о толковании понятия «фэнтези»                                 3
II. Определение фэнтези как литературного жанра                                                                                           
1. Фэнтези как одно из направлений фантастики                          4-5
2. Фэнтези как разновидность литературной сказки                     5-8
3. Определение фэнтези через миф                                                 8
4. Спор о первооткрывателе жанра                                                   8
5. Фэнтези высокая и низкая                                                         9-12
6. Система персонажей фэнтези                                                     12
7. Проблема вымысла и реальности в фэнтези                        13-14
II. Заключение.
1. Чему нас учит фэнтези?                                             15-16
III. Список использованной литературы                                                           17

Введение

<…> Одно из наиболее сильных побуждений, ведущих к искусству и науке,– это желание уйти от будничной жизни с её мучительной жестокостью  и безутешной пустотой, уйти от уз вечно меняющихся собственных  прихотей… Но к этой негативной причине прибавляется позитивная.  Человек стремится… создать в себе простую и ясную картину мира; и это не только для того, чтобы преодолеть мир, в котором он живёт,  но и для того, чтобы в известной мере попытаться заменить этот мир созданной им картиной.
Альберт Эйнштейн     

Слово «фэнтези» прочно закрепилось в сознании современного человека. Оно часто используется как обозначение массовой литературы и киноиндустрии конца ХХ – начала ХХI века. В отечественном литературоведении этот феномен современной культуры находится на стадии осмысления.
Жанр фэнтези в настоящее время вызывает множество споров, которые касаются его истории, жанрово-видовой и функциональной природы, жанровых модификаций (классификация), поэтики и др. Такая ситуация объясняется сравнительной молодостью жанра. Литература фэнтези существует чуть более 100 лет, термин появился в 70-е годы ХХ в. за рубежом, в 80-е – в России. Так, что это: классика, повсеместно признанная как качественный и ценный продукт мировой литературы или всего лишь популярный нынче жанр, пришедший внезапно и с шумом, но неизбежно обязанный кануть в лету после нескольких лет славы? Именно желание дать ответ на этот, несложный, казалось бы, вопрос и обобщить знания по данному литературному жанру и побудило нас к написанию реферата. Предмет реферата: литературный жанр фэнтези. Цель написания реферата: дать определение литературному жанру фэнтези. Задачи:  1) обобщить имеющиеся знания по литературному жанру фэнтези для того, чтобы дать ему наиболее точное определение;  2) проследить историю формирования фэнтези как литературного жанра на примере самых выдающихся авторов;  3) определить, на базе каких жанров сформировалась фэнтези;  4) дать определение фэнтези как литературного жанра; 5) сделать вывод на основе всего вышеперечисленного; 6) показать позитивное воздействие фэнтези на формирование личности.   

1. К вопросу о толковании понятия «фэнтези»

В современном литературоведении на данный момент не существует даже общепринятого определения жанра фэнтези. Практически все, кто пишет о фэнтези, пытается дать собственное определение этому понятию. В результате появилось значительное количество версий, подчас противоречащих одна другой.
Определения жанра можно сгруппировать относительно нескольких тенденций.

1.1. Фэнтези как одно из направлений фантастики
Чаще всего фэнтези определяют как особое направление фантастики.
«В современном литературоведческом лексиконе всё чаще встречается определение фэнтези (от «фантазия»), представляющее собой целую литературу, где границы реального, фантастического и ирреального, мистического размыты».
«Фэнтези (англ. Fantasy) – вид фантастической литературы, или литературы о необычайном, основанной на сюжетном допущении иррационального характера. Это допущение не имеет логической мотивации в тексте, предполагая существование фактов и явлений, не поддающихся, в отличие от научной фантастики, рациональному объяснению».
«В самом общем случае фэнтези – это произведение, где фантастический элемент несовместим с научной картиной мира».
«Фэнтези – это описание миров подобно нашему, миров с работающей в них магией, миров с чёткой границей между Тьмой и Светом. Эти миры могут быть какими-то вариациями Земли в далёком прошлом, далёком будущем, альтернативном настоящем, а также параллельными мирами, существующими вне связи с Землёй».
Признанные классики отечественной фантастики братья Стругацкие дали следующее определение. Фантастическое произведение – это всякое художественное произведение, в котором введён элемент чудесного, невозможного или чрезвычайно маловероятного. Пояснением к этому служит краткая формула – чудо, тайна, достоверность. За исключением слов «чрезвычайно маловероятного», - это определение полностью подходит к любому роману, относящемуся к жанру фэнтези.
Все данные определения носят скорее описательный характер и дают слишком широкую характеристику. Складывается впечатление, что в широком смысле фэнтези – любое произведение, в котором присутствует элемент необъяснимого, мистического, не поддающегося рациональному истолкованию. В таком понимании к фэнтези можно причислить почти всю фантастическую литературу. Исключение составит разве что научная фантастика с её канонической строгостью и научной определённостью. А вот произведения романтиков XIX века и некоторых писателей XX века вполне соответствуют вышеуказанным требованиям. Примером может служить знаменитый роман «Мастер и Маргарита» М. Булгакова.
В 1966 году, через 26 лет после смерти писателя, журнал «Москва» начал публикацию его главного романа «Мастер и Маргарита», и «в белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой» в советскую литературу вошел прокуратор Иудеи Понтий Пилат.
После появления «Мастера и Маргариты», сразу сделавшейся «модной» книгой, называть себя атеистом стало как-то «неприлично». Не то чтобы все немедленно бросились посещать церковь, однако Новый Завет, прочитанный вслед за романом любознательными читателями, сначала чисто литературно,  потревожил, раскрыл душевные створки. Так «роман о дьяволе» напомнил о Боге способом «от противного».
Михаил Афанасьевич Булгаков родился 3 мая 1891 года в Киеве и провел там детство и юность. Критика отмечала  в стиле Булгакова-писателя яркие поэтические краски, острый малороссийский юмор, «чертовщинку», роднящую его с молодым Гоголем. В семье Булгаковых было семеро детей: 4 сестры и 3 брата. Семейство было дружное, веселое. Очень много читали. Прекрасно знали литературу. Занимались иностранными языками. И очень любили музыку. Например, Михаил видел «Фауст», свою любимую оперу, 41 раз – гимназистом и студентом.
«Фауст» Гете подскажет Михаилу Булгакову и основную идею «Мастера и Маргариты», выраженную словами гётевского Мефистофеля: «Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Неслучайно «Мастера и Маргариту» Булгаков назвал своим «Фаустом»
1.2. Фэнтези как разновидность литературной сказки
Ряд исследователей склоняется к определению фэнтези как разновидности литературной сказки.
«Сказочной фантасмагорией вымышленных миров» называет фэнтези писатель Э. Геворкян.
«Сказка. От научной фантастики этот жанр отличается отсутствием нравоучения и   деления героев на плохих и хороших», – говорится в статье Ника Перумова.
Волшебной сказкой называл свою эпопею «Властелин колец» Дж. Р.Р. Толкиен. Правда, в 50-е годы, когда она создавалась, термина «фэнтези» ещё не существовало.
Сужение жанра до сказки нередко приводит к абсурду. Одна из исследовательниц причислила «Властелина колец» к литературным сказкам Англии, заявив: «Это не фэнтези!», а критик В. Губайловский, как бы в оппозицию, высказал мнение, что фэнтези можно считать лишь одну книгу – именно «Властелина колец».
Действительно, на внешнем уровне ближайшим родом фэнтези кажется волшебная сказка – это убедительно продемонстрировал С.Л. Кошелев в статье «Жанровая природа «Повелителя колец» Дж. Р.Р. Толкиена. Эту же методику по отношению к анализу русской фэнтези применяет  исследователь из Петрозаводска А.Д. Гусарова. И в том и в другом случае обнаруживается сходство. Однако (и даже в большей мере) выявляется отличие от сказки.
В первую очередь, это относится к природе quest’а (англ. «путь», «поиск»), уходящего корнями в древние мифы о культурных героях, которые наделены определенным даром, удивительными знаниями, борются с чудовищами, добывают чудесные предметы. Но совершают они всё это не ради личных целей, как сказочные герои, а для установления природного равновесия между Хаосом и Космосом.
Принцип героя и принцип мира А.Д. Гусарова предлагает считать содержательными принципами фэнтези. С этим нельзя не согласиться, однако с небольшим уточнением. Определение содержания вторичного мира необходимо поставить на первое место, так как создание любого фантастического произведения, по мнению современных исследователей фантастики, начинается с «сотворения» мира: «…прежде всего необходимо сотворить некий мир, как можно лучше обустроив его и продумав в деталях».
Дж. Р.Р. Толкиен в своём эссе «О волшебных сказках» рассуждает о роли фантазии в создании чудесных вторичных миров. Толкиен считает фантазию не иррациональной, а рациональной деятельностью. По его мнению, автор фантастического произведения должен сознательно добиваться установки на реальность. Необходимо придать вымышленному внутреннюю «логику реального», начиная с того, что сам автор должен верить в существование «вторичного мира, основанного на мифологическом воображении». Сказка же создаётся с установкой на вымысел: в неё не верит ни автор (рассказчик), ни читатель (слушатель). В этом ещё одно существенное отличие фэнтези от сказки.

1.3. Определение фэнтези через миф
Ещё одна тенденция – определение фэнтези через миф. Это вполне закономерно, поскольку фантастическая литература всегда имеет мифологическую платформу.
Этот жанр возник на основе переосмысления авторами традиционного мифологического и фольклорного наследия.
Мир фэнтези – это пропущенные через современное сознание и ожившие по воле автора древние мифы, легенды, сказания.
…Расцвет фэнтези (неомифа) приходится на эпоху постмодерна, эпоху эксперимента и поиска новых форм. В связи с этим у фэнтези выработался ряд признаков, среди которых на первый план выходят: фантастическая картина мира, сказочно-мифологическая основа и жанровый синтез. Исследователи находят в фэнтези элементы героического эпоса, легенды, рыцарского романа, литературной сказки, романтической повести, готического романа,  и др. (вероятно, для каждого конкретного произведения свои). Можно заметить, что все перечисленные жанры и направления так или иначе связаны с мифом.
В отличие от мифологических романов ХХ века, мифологизм фэнтези не повторяет событий древних мифов, а сознательно стремится создать фантастическую мифологию по аналогии с древними системами. В основе фэнтези модель мира, обнаруживающая такие свойства мифологического мышления, как невыделенность человека из окружающей среды, персонализация добра и зла, очеловечивание природных явлений, бинарная логика.
Итак, «в основе фэнтези всегда – либо переработанная каноническая система мифов, либо оригинальная авторская мифопоэтическая концепция».
2. Спор о первооткрывателе жанра
Традиционно первооткрывателем жанра считается Дж. Р.Р. Толкиен. В деталях продуманное Средиземье Толкиена, возникшее в результате серьёзнейших трудов учёного, филолога и лингвиста, создателя собственной мифологии («Сильмариллион»), стало открытием фэнтезийного мира.
Средиземье – это универсальный художественный мир, условно вмещающий всю историю человечества, не одну эпоху развития, он невероятно фантастический, но психологически достоверный, это мир человека ХХ века, пережившего мировые войны и катастрофы. Толкиену «удалось сконструировать и сделать эстетически полноценным целостный условный мир, объединённый центральной этико-географической мыслью (точнее – типом миропонимания и мироощущения)». Но и здесь не обходится без споров. Создателем и родоначальником жанра называют также лорда Дансейни с его повестью «Сновидения» (1910), серию романов Морриса « Дом сынов волка» (1880-90-е гг.) и др. Не вызывает разногласий лишь то, что именно Толкиен создал классический образец фэнтези.
Последователи Толкиена: Клайв Льюис («Хроники Нарнии»), Урсула ле Гуин («Волшебник Земноморья»), Роджер Желязны («Хроники Амбера»), Андрэ Нортон (серия «О Колдовском Мире»), С. Логинов («Многорукий бог Далайна») и другие – все обращаются к мифу, к различным мифологическим системам. На их основе создают свой причудливый мир, свои эпопеи, где непременно присутствует «специфическая замкнутая, целостная картина мира, объединённая типом миропонимания писателя. Это так называемая «высокая» фэнтези, в которой перед читателями предстают «полностью вымышленные миры».
3. Фэнтези высокая и низкая
Практически все писатели-фантасты обращаются к мифу, к различным мифологическим системам. На их основе создают свой причудливый мир, свои эпопеи, где непременно присутствует «специфическая замкнутая, целостная картина мира, объединённая типом миропонимания писателя. Это так называемая «высокая» фэнтези, в которой перед читателями предстают «полностью вымышленные миры».
Ярким примером высокой фэнтези является знаменитое произведение Дж. Р.Р. Толкиена «Властелин Колец»
Джон Рональд Руэл Толкиен родился в семье банковского клерка, рано осиротел, получил строгое религиозное воспитание, подкрепил его образованием и остался на всю жизнь убежденным католиком. Окончил престижную закрытую школу в Бирмингеме, в 1911-1915 гг. учился в Оксфордском университете, занимаясь более всего стилистическим анализом памятников древнеанглийской словесности и сопутствующим изучением североевропейских языков и духовного строя раннего Средневековья.
В 1916 году Толкиен попал на фронт офицером Ланкаширского полка и участвовал в крупнейшей битве Первой мировой войны на Сомме. В состав окопного опыта входило сближение с простым людом, обновившее восприятие фольклора и английской словесности в целом (об этом Толкиен не уставал вспоминать). Год с лишним провел он на госпитальных койках, разрабатывая и скрепляя фантазией мифологическую предысторию рода человеческого — мифы творения и становления, в которых борются и взаимодействуют светлое (созидательное) и темное (обманное, разрушительное) начала, всплывают праязыки и вырисовываются облики иных, отличных от людского, существований. Этот контурный корпус мифов и саг, работа над которыми растянулась на всю жизнь, получил у него общее название «Сильмариллион».
Следующими представителями жанра высокой фэнтези являются: Клайв Стейплз Льюис, Роджер Джозеф Желязны, Ник Перумов.
Клайв Стейплз Льюис, которого друзья называли «Джек», родился в 1898 году. Вместе со своим другом Дж. Толкиеном он принадлежал к литературному клубу «Инклинги», члены которого собирались в местном кафе поговорить о замыслах книг.
Любовь к сказкам, мифам, легендам и воспоминания собственного детства соединились в книге «Лев, колдунья и платяной шкаф». Вместе с шестью продолжениями она составляет «Хроники Нарнии», которую с любовью читают и перечитывают дети всего мира.
Заключительная книга цикла «Последняя битва» удостоена медали Карнеги – высшей награды в области детской литературы.

Роджер Джозеф Желязны родился 13 мая 1937 года в городе Евклиде в  семье поляка Юзефа Желязны и ирландки Жозефины Суит Желязны. Уже в десять лет Роджер писал сказки. В 1955 году окончил среднюю школу и поступил на отделение психологии в Кливлендский университет Вестерн-Резерв. Сменил специальность, перейдя на отделение английской словесности с факультета психологии. В 1962 году получил степень магистра в Колумбийском Университете. Удостоен премии журнала «Локус» за создание романа «Хроники Амбера».

Николай Перумов родился в Ленинграде 21 ноября 1963 года. По образованию — инженер-физик, окончил кафедру биофизики физико-механического факультета Ленинградского политехнического института.
Писать начал в конце 1970-х годов. В то же время увлекся фэнтези и фантастикой, в особенности книгами Джона Толкиена, которые читал в оригинале и делал собственный перевод. Первым крупным произведением Перумова, тогда еще писателя-любителя, стала дилогия «Нисхождение Тьмы или 300 лет спустя», действие которой происходило в Средиземье, мире Толкиена. Роман вызвал самые противоречивые отзывы. Его читатели разделились на два лагеря: страстных поклонников и ярых противников, которые даже сейчас, через несколько лет после выхода романа, не могут простить Нику того, что он «посмел замахнуться на славу Толкиена». Дело дошло до того, что Перумова даже пытались побить; но злоумышленникам удалось лишь сломать ему зуб, так как Николай Данилович имеет чёрный пояс по карате и сумел тогда за себя постоять. Но только продолжениями дело не ограничилось. Перумов продолжает писать и  придумывает уже свои собственные миры.
Но в последние годы, особенно в России, развивается преимущественно «низкая» фэнтези, где «сверхъестественное привносится в нашу реальность».  Выдающимися примерами низкой фэнтези могут служить произведения
Сергея Лукьяненко, Дмитрия Емца, Юрия  Никитина, Джоан Роулинг и др. Но и здесь внутренней формой мира является миф, не только как повествование, но и  как особое миропонимание и мирочувствование автора.

Сергей Лукьяненко родился в городе Каратау. Окончил Алма-Атинский государственный медицинский институт по специальности врач-психиатр.
Литературное творчество начал примерно в 1986. Первый фантастический рассказ «Нарушение» был опубликован в журнале «Заря».  Затем, в 1988 году, рассказ «За лесом, где подлый враг» издаётся в журнале «Уральский следопыт».
В июне 1997 года в этой серии выходит рассказ «Лабиринт отражений»,  в июле — «Звёзды — холодные игрушки». Тем временем, в издательстве «Эксмо» выходит совместный роман соавторов, получивший название «Не время для драконов». В августе 1997 года он начинает работу над новым романом «Холодные берега», полностью закончив его к ноябрю этого же года.
Лауреат премий «Аэлита» (1999), «Звёздный мост» (1999, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004).
Дмитрий Александрович Емец— детско-подростковый писатель-фантаст.
На волне «поттеромании» широкую известность приобрели книги Емца, в которых якобы использованы мотивы произведений Дж. Роулинг — «Таня Гроттер» представлялась как пародия на серию «Гарри Поттер», однако была обвинена в плагиате и запрещена к публикации в нескольких странах. Хотя многие не поддерживают это мнение, в книге совсем другой сюжет и другая суть. Продолжением «Тани Гроттер» является «Мефодий Буслаев».
Кроме того, Дмитрий Емец пишет исторические портреты — вышло несколько книг для Сретенского монастыря, о русских князьях: Владимире, Дмитрии Донском, Александре Невском, Владимире Мономахе, Ярославе Мудром, Андрее Боголюбском.

Джоан Роулинг всегда любила выдумывать фантастические истории, за что ее просто обожала младшая сестренка Дайанн. В 6 лет она написала свой первый рассказ о кролике, которого звали Кролик. Потом Джо сочинила еще множество повестей, рукописи которых в коробках переезжали с ней из города в город. Ее школьные товарищи тоже любили послушать небылицы, поэтому пухленькая девчушка в очках с толстыми стеклами всюду становилась популярной. В школе и колледже, благодаря любви к письму, она неизменно получала отличные оценки по английскому.
В 1990 году Джоан было 25 лет. Она жила в Лондоне и часто ездила  на поезде в Манчестер к своему парню. В течение нескольких часов перед глазами мелькал однообразный английский пейзаж - поля, зеленые холмы, коровы. Но однажды, когда в поезде что-то сломалось, и он надолго застрял посреди этих полей, с Джоан случилась странная история. Без какой-либо надежды увидеть что-то новое, она выглянула в окно и... В ее воображении возник ясный образ черноволосого мальчишки в круглых очках и со шрамом на лбу. Она еще не знала, откуда взялся этот шрам, зато отчетливо понимала, что этот мальчик - волшебник, что он и сам об этом не подозревает, но очень скоро его пригласят в школу волшебства, и тут все и начнется... Приехав домой, она тут же засела за письменный стол. Так «родился» Гарри Поттер
4. Система персонажей в фэнтези.
В определённом соотношении с пространственно-временной моделью формируется система персонажей фэнтези: боги, маги, чародеи, волшебники; эпический герой; простые люди; тёмные сущности, духи-хранители (иерархия в соответствии с оппозицией верха-низа). Злые духи, колдуны локализованы в подземном мире, на окраинах земли, на севере или востоке. Боги, светлые духи – наверху, на юге. В центре мира находится человек, главный герой фэнтези. Выше мы уже говорили, что одна из главных функций героя, собственно мифологическая – установление мировой гармонии – определена quest’ом. Но поведение героя, его идеалы продиктованы не только мифом поиска, но и фольклорно-литературной традицией (другие мифы, сказка, героический эпос, рыцарский роман и пр.), а также этико-философскими представлениями автора.
Исследователь М.Ю. Кузьмина считает, что «типология героя может быть основой классификации жанра». При  таком подходе можно выделить следующие жанры:
– герой-одиночка, совершающий великие подвиги, всегда непобедимый – героическая фэнтези (Ю. Никитин цикл «Трое из леса»):
– средний человек (эвримен) преодолевает себя и становится эпическим героем, за которым стоит род, племя – эпическая фэнтези (Дж. Р.Р. Толкиен «Властелин Колец», Н. Перумов «Нисхождение Тьмы», «Война Мага» );
– герой-плут – приключенческо-игровая, юмористическая фэнтези (Дж. Р.Р. Толкиен «Туда и обратно или повесть о Хоббите» );
– герой-женщина – феминистская фэнтези (Д. Емец «Таня Гроттер», М. А. Булгаков «Мастер и Маргарита»);
– герой-подросток – детская фэнтези (К. Льюис «Хроники Нарнии», Дж. Роулинг «Гарри  Поттер»).

5. Проблема вымысла и реальности в фэнтези
В наше время особый интерес представляет такая специфическая функция фэнтези, как бегство от действительности (эскейпизм). Дж. Р.Р. Толкиен видел в  этом явлении глубокий этико-философский смысл: «Поражённые недугом современности, мы остро ощущаем и уродство наших творений, и то, что они служат злу. А это вызывает желание бежать – не от жизни, а от современности. Осуществить Великое Бегство от реальности, значит, от смерти». Удовлетворение этого желания, пусть даже в воображении, является одним из путей приобретения человеком душевного равновесия.
Мир фэнтези воплощает в себе человеческие мечты и представления об идеальной жизни,  находя своё отражение в образах героев, их поступках. Фэнтезийный мир в ряде случаев становится заменой реальности. Причиной этого явления следует считать социальный заказ общества на принципиально новый тип литературы. Желаемой «отдушины» не дала человеку ни научная фантастика с её холодными космическими просторами и чаще всего неутешительными прогнозами относительно будущего человечества, ни историческая проза, ни многие другие литературные жанры. Зато этой потребности вполне соответствовал жанр фэнтези, который позволял читателям отойти от жестокой действительности и погрузиться в мир, где добро всегда побеждает. Так, внешне неожиданно, возникла сказка как путь к цельности человеческого бытия. В прагматический век с приземленными целями она давала возможность показать все лучшее, в том числе и идеальное в человеке. Сам мир, где происходят описываемые события, остаётся величиной постоянной. Он находится где-то посередине между множеством реальностей. Мир волшебства перестаёт быть сказочным, он становится отражением реального мира, одной из параллельных вселенных. Но если допускается существование подобного отображения нашего мира в виде мира волшебства, то становится вполне допустимым предположение, что таких отражений может существовать несколько. И сам мир волшебства  в таком случае будет точкой пересечения множества таких отображений. Благодаря этому в нём и станут возможными магия и могут жить волшебные существа. Это расширяет пределы реального, исчезает строгая дифференциация миров, и из одного мира в другой начинают проникать атрибуты другой действительности.
Возможность «бегства» даёт характерная для жанра фэнтези установка на реальность. «Любой человек, унаследовавший фантастический дар человеческой речи, может сказать «зелёное солнце», а многие могут к тому же представить его себе или даже изобразить. Но этого мало. Сделать достоверным вторичный мир, в котором светит зелёное солнце, повелевать вторичной верой – вот задача, для выполнения которой понадобится и труд, и раздумья, и конечно же особое умение, род эльфийского мастерства». Иными словами, автор должен верить в своё создание, иначе оно не станет живым. Мало создать мир, в котором «светит зелёное солнце», – его нужно создать таким, чтобы зелёное солнце для него было так же естественно, как жёлтое солнце  для нашего мира. Тогда на новую землю  упадут не чёрные, а, например, фиолетовые тени, тогда вслед за автором в вымышленный мир поверит и читатель, игнорируя невозможность существования зелёного солнца и фиолетовых теней. Такая упорная вера заставляет поверить и других в несуществующий мир. И многие верят.
И,  тем не менее, классически между миром волшебным и миром человеческим существует отчётливая граница. Эта граница утверждается как закон природы волшебного мира – здесь действуют другие силы, человеку неизвестные, – силы магические.

Заключение

Чему нас учит фэнтези. 
Нам кажется, что фэнтези помогает человеку выжить в нашем безумном мире. Опереться на что-то глубокое, древнее… Викинги, например, в любой шторм стояли на раскачивающейся палубе. Читателю, опирающемуся на фэнтези, легче в современном бурном море. Миф, сказка, рыцарский роман, роман фэнтези  - все они призваны утвердить жизненную позицию личности. А эскапизм, в котором часто обвиняют поклонников фэнтези, является лишь ещё одним гвоздиком в создании стойкой жизненной позиции. Фэнтези не только закаливает человека, придаёт ему стойкость при столкновении с жизненными неприятностями, она ещё и помогает отличить «ложь от сказки, а грязь от правды»[31], как звучали слова в одной русской песне. Человек начинает понимать двойственность всего окружающего; он начинает осознавать, что у каждой медали есть две стороны, что нет ничего абсолютного, что у любого зла есть положительные качества, а у добра – отрицательные. Фэнтези учит быть одновременно благородным и сговорчивым. Она воспитывает такие прекрасные качества, как гуманность и чувство локтя, любовь к жизни и к добру. Фэнтези учит презирать ложь и несправедливость. Она воспитывает такое важное качество, как отвращение к предательству. После прочтения романа фэнтези человек понимает, что самое мерзкое и низкое в жизни – это подлость. Её надо избегать, и с ней надо бороться. Фэнтези даёт читателю знание того, что есть свобода, он начинает понимать то, о чём всю жизнь догадывался. Свобода – это высшее, что нужно человеку. К ней надо стремиться, за неё нужно сражаться, её надо ценить. Чувство присутствия гармонии, появляющееся у читателя при прочтении любого качественного произведения в жанре фэнтези, делает человека добрее. Он становится более терпеливым и сдержанным, если с ним случается какая-либо неприятность. Он становится более чувствительным и понимающим, если неприятность случается с другим. Он начинает осознавать ценность своих друзей, близких и родных и вместе с этим становится менее меркантильным[32]. Он начинает ценить всё то, что дала ему природа: светлое и чистое небо над головой; прозрачный переливающийся в лучах солнца стремительный поток горного ручья; многоцветную радугу, соединяющую земную твердь с парящими облаками; глубокую колоритную зелень листков величественных деревьев… Тот, кто хоть несколько часов прожил в мире, представленном ему книгой фэнтези, уже никогда не сможет обидеть ни одно живое беззащитное существо. Вид скачущей по песку лошади, играющей на траве собаки, вальяжно развалившейся кошки, принесёт только счастье и наслаждение. Вместе со знанием величия, вечности природы, к человеку приходит чувство собственной значимости. И всё-таки, повторю: фэнтези учит бескомпромиссности, борьбе с ложью и подлостью в любой их форме. В большинстве книг, написанных в стиле фэнтези, ложь и подлость ничуть не похожи на те, с которыми придётся встретиться в настоящей жизни. Но подлость всегда остаётся подлостью, и привычка сражаться с ней - не исчезает. Закончить эту тему мы бы хотели словами из песни Владимира Высоцкого. Мы думаем, они наиболее точно объединили в себе основную мысль изложенного выше.
Если, путь прорубая отцовским мечом,
Ты солёные слёзы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал, что почём,
Значит, нужные книги ты в детстве читал.

Ты - рядом, и все прекрасно:
И дождь, и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты есть на свете.

Спасибо за эти губы,
Спасибо за руки эти.
Спасибо тебе, мой любый,
За то, что ты есть на свете.

Ты - рядом, а ведь могли бы
Друг друга совсем не встретить..
Единственный мой, спасибо
За то, что ты есть на свете!

***
жрицы древних знаний

нам не увидеть райских кущ,
суровы к нам святые лики.
зажег в нас душу первый луч
в рассветном крике.

нет, мы не воспеваем зло,
но испокон молва нас судит.
мы знаем, что уже прошло,
и то, что будет.

что можем людям мы сказать:
что в нас века не умирают?
они не могут еас понять
и проклинают.

горя удушливым огнем,
сквозь смерть спокойно улыбнемся.
вы победите - мы уйдем,
но вновь вернемся.

мне зачем-то связали руки
и котенка согнали с колен...
слышу странно зловещие звуки...
ударяется кровь в стенки вен...
впереди вижу мокрые спины
и насмешливой рожи оскал:
"ты очистишься! нету причины,
чтоб тебя вдруг огонь не принял.
ты исчезнешь - мы пепел развеем,
чтоб с тобою навек умерла
непонятная эта идея –
улететь, не имея крыла.
"вижу бревна и постные лица
возводящих прощальный помост.
только звезды не будут глумиться
над толпою, не знающей слез.
"говорят, локон грешницы может
в жизни праведным счастье принесть..."
"только бог душе этой поможет
чистоту и спасенье обресть..."
"в чем вина моя, люди, скажите?
я грешна, но за что же сжигать?"
"ты ведь знаешь запретные песни
и без крыльев желаешь летать
.а без крыльев летают лишь ведьмы
по ночам, оседлав помело..."
"нам еще лишь бревно одолеть бы,
и начнем, а то станет светло."
"начинайте, чего же вы ждете?
перед богов вас страх обуял?
о спасеньи души все печетесь,
а казнить - тоже бог наущал?!"
"богохульствуешь! факел, скорее!"
прекратите мучения духа!"
стойте, люди! ведь каждый успеет
умереть, а она не старуха.
молода и глупа, и красива...
пожалейте, спасите от зла.
подарите ей жизнь прозорливо,
чтобы праведность вновь обрела..."
"все пустое, напраслина, грязь..
.я хочу улететь к этим звездам,
к ним отсюда всю жизнь я рвалась..."
"время кончиться проклятым грезам.
зажигайте, и чтоб ты спаслась!"

* * *
а нас бросали в подземелья
за то, что волосы белы,
что колдовским назвали зелье,
сердцам дарившее веселье,
и даже наши короли
за ним к нам под прикрытьем ночи шли
.а утром к площади дворцовой
опять везут одну из тех,
что излечить могла бы словом,
hо кровь струится по оковам,
толпа не сдерживает злобный смех:
идет любимейшая из потех.
бог промолчал, смеется дьявол...
что, сестры, остается нам?
в этой дрянной игре без правил
одно спасенье рок оставил –
плевать, что нет ни одного крыла:
hет крыльев - ничего, сойдет метла
!забыл нас город, или помнит,
как над испуганной толпой
летели белой стаей в полночь,
и ввысь неслось: "гроза, на помощь!
спаси от стрел и от молитв укрой
!прости нас, бог, мы больше не с тобой..."
зовите шабашем – поминки
и в бедах всех вините нас,
hо наших ли костров искринки
сжигали жизнь по волосинке?
за всех, кому мы не смогли помочь,
предъявит счет вальпургиева ночь!
а нас бросали в подземелья
за то, что волосы белы,
что отказались чахнуть в кельях,
что гневу предпочли веселье,
за то, что в век доносов и чумы
так ярки и красивы были мы...

* * *
ночная песня ведьмы
если черного кота ты встетишь ночью на дороге
или серой тенью тенью птица промелькнет над головой,
не спеши креститься, милый, - и не плюй себе под ноги,
оскорбить ведь очень просто чувства ведьмы молодой.
на щеках горит румянец, растрепало кудри ветром,
рассмеется звонко дева и возникнет пред тобой,
и глаза во мраке ночи вспыхнут вдруг зеленым светом.
позабыть ее не в силах, потеряешь ты покой.
ведьма! - слышится в свисте ветра.
ведьма! - шепчет ручей лесной.
ведьма! - как же прекрасно это:
знать свои силы и быть собой.
если в бледном лунном свете на метле промчится кто-то,
не кричи в испуге: "боже!", в пыль дорог не падай ниц,
ведь на шабаш, к сожаленью, не летают самолеты,
так что хочешь иль не хочешь - вспомнишь про анахронизм.
может, метлы устарели, но романтика какая!
пусть шарахаются люди прочь с дороги под откос.
так летали наши бабки и пробабушки летали...
только я мечтаю, лично, пересесть на пылесос.
(p.s. пылесос roventa - движение бесшумно!)
ведьма! - слышится в свисте ветра.
ведьма! - шепчет ручей лесной.
ведьма! - как же прекрасно это:
знать свои силы и быть собой.
наша жизнь не только праздник, неприятностей хватает,
ведьм во все века любили жечь за ум и красоту.
чуть проявишь свой характер - тотчас в костер кидают.
или словно прокаженных все обходят за версту.
наши бедные собратья, вам свободы вкус неведом,
вам неведом вольной жизни горьковато-пряный вкус,
вы живете так смиренно, покоряясь разным бедам,
и стараясь потихоньку вырвать самый лучший кус.
ведьма! - слышится в свисте ветра.
ведьма! - шепчет ручей лесной.
ведьма! - как же прекрасно это:
знать свои силы и быть собой.

Вдоль стен скалистых Тойфельсмаэр,
Летят они – на помеле,
На шабаш – ночью первомая,
Где вновь – на каменном столе,
Опять – без соли и без хлеба,
Вкушают яства и плоды,
В убранстве сумрачного неба,
В потоках огненной воды

Пируют демоны и ведьмы,
И пьют вино из черепов,
Гремят копыта звонкой медью,
О скалы топотом подков,
И в пляске бешеной вновь кружат,
При свете факелов – в ночи,
И жарко им – ночною стужей,
Как у растопленной печи

И на вершине плоской Броккен
Шалеют ведьмы до утра,
Но вот, уже устали ноги,
И расставаться им пора,
Хоть мрак рассеяться не хочет,
Но вот, идёт уже восход,
И вновь – Вальпургиевой ночи
Им ждать придётся целый год…